Конница
Возвращение легкой кавалерии
Появление гусар таило в себе немалый потенциал как оружия победы, однако поначалу возможности их на полях сражений казались ограниченными, особенно на Западе, где все военные умы занимала ударная атака тяжелой конницы. Тем временем на Востоке тучи конных отрядов, как бы обтекая врага по флангам, проникали в его тыл и принимались грабить его обозы, сея панику и подрывая боевой дух неприятеля, В кампаниях их вклад в дело был просто неоценимым. В Восточной Европе легкая татарская конница или, скажем, казаки, действуя стремительно, используя подвижность и проворство лошадей и огневые средства — луки или пистолеты, — представляли собой серьезную угрозу для противника. Однако народы, превосходно владевшие подобными приемами, не очень-то поддавались контролю и управлению. И тут вновь поляки оказались, похоже, первопроходцами, сумев найти компромисс и создать значительные по численности части легкой конницы в своих армиях, несмотря на то что они по-прежнему высоко ценили тяжелую кавалерию и ударную атаку.
Западноевропейские армии постепенно тоже открыли доступ в свои ряды легкой кавалерии. Всадники обходились дешево, и нередко с ними обращались как с наемниками, воюющими на собственный страх и риск. Не считавшиеся полноценной кавалерией, они часто низводились до роли дозорных и держались в стороне от переднего края битвы, отправлялись в набеги на гражданское население противника или же использовались при преследовании. Легкая кавалерия — гусары и иностранные драгуны особенно — скоро завоевали себе репутацию, достойную бандитов( большой дороги, готовых рвать плоть с костей как врагов, так и друзей. Понадобился генний вроде Фридриха, чтобы в полном смысле слова интегрировать их в армию.
 Поляки упорно не желали отказываться от самобытных костюмов и воинской справы, особенно в том, что касалось шлемов, как мы имеем возможность наблюдать на примере этого польского «крылатого» шлема 18-го столетия, Декоративные крылья делали всадника более грозным. |
После первых катастрофических опытов его отвратительно действовавшей кавалерии в битве при Мольвице в 1741 г., Фридрих потратил немало времени, денег и энергии для реструктуризации, переподготовки данного рода войск. На протяжении всей истории своих кампаний - во множестве битв и сражений — он всегда отдавал большое предпочтение оружию победы — ударной атаке. Два его знаменитых кавалерийских генерала — командующий тяжелой конницей Вильгельм фон Зейдлиц и легкой — Ганс фон Цитен — продемонстрировали успешность проведенных королем реформ и преобразований. Фридрих запретил применение кавалерией огнестрельного оружия, и солдаты его достигали совершенства в атаке галопом. Вне зависимости от того, какой была конница — тяжелой или легкой, — главная задача ее в сражении состояла в том, чтобы обруиіиваться на противника на лихом галопе. Конные формирования всецело полагались на скорость, дисциплину, напор и ударное воздействие. В ходе Войны за австрийское наследство, в 1740—1748 гг., подобные приемы раз за разом впечатывались в умы кавалерийских командиров по всей Европе. Наверное, поляки и предупреждали — «а ведь мы вам говорили», — однако Семилетняя война 1756—1763 гг, преподала уроки в том, что касается огневой мощи, которую оказались способными предоставить хорошо вышколенные мушкетеры.
|